Попытка обобщения информации о байдарочных маршрутах по Карелии от А.Л. Шилова. Первое издание вышло в 1997-м, второе — дополненное — в 2005-м.
Для кого книга
Для владельцев байдарок типа «Салют», «Таймень», RZ. На сегодня в некоторых моментах устарела.
Особенности
Первая часть книги знакомит с особенностями рельефа, климата, гидрологии, флоры и фауны Карелии, дает краткие сведения о ее истории и экономике, характеризует туристические возможности края. Заканчивается первая часть экскурсом в топонимию, то есть происхождение названий природных объектов Карелии.
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
На более чем половине описанных маршрутов автор не был:
Вторая, основная часть книги содержит описания 34 маршрутов. Они имеют три уровня. Подробное описание уровня А (15 маршрутов) — это лоция, составленная на основе личных наблюдений (порой — неоднократных) и дополненная справочным материалом. В описании типа Б (11 маршрутов) дается характеристика маршрута, на котором автор не был лично, но по которому имеет достаточно надежные данные: отчеты в библиотеках турклубов, частная информация. Наконец, уровень В (8 маршрутов) подразумевает отсутствие у автора информации.
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
С учётом судов, на которые расчитаны предлагаемые маршруты, важен и вопрос определения сложности препятствий:
Сложность же препятствий определялась для походов на байдарках заводского изготовления в соответствии с классификацией Григорьева и Штовбы.
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
В части отношения к топонимам я с автором согласен:
Автор придерживается мнения, что знание смысла некоторых названий озер, рек, порогов, островов полезно во многих отношениях. Во-первых, названия говорят о природе и истории края <…> Наконец, осмысленное употребление названий будет способствовать сохранению их правильного звучания и Нижняя Салма (салма — «пролив») не превратится в Нижнюю Солмат, а порог Тютерин («Дочкин») — в бессмысленное Тепорин
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
Однако мне кажется, что это автору удавалось не всегда, особенно на маршрутах типа Б и В.
Впечатление
…или Есть вопросы
Описывать впечатления от этой книги… интересно. Изначально я ничего об авторе не знал. Меня удивили смелость, безапелляционность, отсутствие плюрализма, с которыми он даёт этимологию многих топонимов. Затем я наткнулся на статью Е.А. Хелимского в сборнике «Вопросы ономастики», следом за которой шла статья А.Л. Шилова. Так я узнал, что
Значит, к критике стоит подойти чуть более обстоятельно, поскольку Алексей Львович, похоже, продавил своим авторитетом в туристическую среду несколько этимологий, в которых я сомневаюсь.
Дюгу и Кеняй
Одна из первых вещей, заинтересовавших меня, связана с падуном, на котором стоит ГЭС «Игнойла», и следующим шуйским порогом — Кеихяскоски (Кеняйкоски).
Плотина Игнойло ГЭС на бывшем падуне Дюгу (кар. «Яма, провал») по имеющимся (литературным) данным обносится слева.
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
Бросается в глаза ошибочное «Игнойло», что наводит на мысль, что автор не знакомился с картами, а просто перепечатал ошибочное название из «Водных маршрутов СССР» (1973). Оттуда же, видимо, взято название «Дюгу», и именно это издание является тем самым «литературным» источником.
А вот этимология топонима «Дюгу» (кар. «яма, провал») — это уже определённо от Шилова. К этому вопросу мы вернёмся чуть позже, а пока следующая цитата:
В 2 км от плотины расположен порог П15 Кеняйкоски («Водопадный») длиной около 1 км.
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
К этому моменту я уже ознакомился с финскими картами конца 1930-х годов и знал, что финское название порога — Кеихяскоски:
Перевод названия Keihäskoski прост: keihäs — «копьё», koski — «порог». Я видел этот порог как сухим, так и очень сухим, и это название ему очень хорошо подходит.
Но откуда же взялся вариант с переводом «Водопадный»?
Давайте посмотрим на эту же карту в районе ГЭС:
Здесь мы видим название Jukakoski. Вот это Juka, по-моему, и было записано как «Дюгу».
Я давно заметил, что самые сильные пороги и водопады Карелии часто имеют название Юкакоски/Jukakoski. Это и Юканкоски на Кулисмайоки, и Юкакоски на Уксе, и Малый и Большой Юкакоски на Тулеме. И только в статье Е.А. Хелимского я нашёл объяснение: наиболее распространённый перевод слова «водопад» у финнов этого района или карелов — слово «juka»1. Кажется, что перевод «Водопадный» относится к верхнему соседу Кеняя — Юкакоски. Сухой Кеняй, конечно, имеет видимый перепад в несколько метров, но с соседним Юкакоски не сравнится. Никто не будет называть порог «Водопадным», когда в полутора километрах есть настоящий водопад, ведь все будут думать о нём. А на Кеняе даже не весь сезон перепад наблюдать можно.
Но есть один момент, который может это объяснить. У народов, для которых то или иное явление составляет значительную часть их жизни, может существовать несколько слов для разновидностей этого явления. Например, существует несколько преувеличенное мнение, что у саамов около 180 слов для обозначения снега и льда. Где-то я видел заметку о том, что карелы имеют минимум три слова для разновидностей сосны. Вполне вероятно, что в краю рек и озёр несколько слов, обозначающих разновидности водопадов.
Почему Шилов сделал Дюгу «ямой, провалом», а «Кеняй» — «водопадом»? Часть ответа можно найти в его же статье «Номенклатурные термины в названиях порогов Карелии»2 2004 года: как он указывает,
- саамское слово jugge имеет значение «яма, омут»;
- финское juka — «водопад»;
- диалектное juka, juva — «‘небольшой порог; некрутой, весь в пене порог»;
- эстонское juga — «водопад; яма, углубление русла»;
- карельское juka — «яма, углубление (в реке, озере); русло»;
- ливвиковское d’uka, d’uga — «падение воды в пороге»;
- водское *juga — «водопад».
К моменту публикации дополненного издания книги 2005-го года Алексею Львовичу это было известно, т.к. статья вышла в 2004-м. Кроме того, Дюгу на Шуе Онежской он приводит в пример в следующем абзаце. Остаётся вопросом, почему он предпочёл значение саамско-карельское «яма, провал» для объекта, на котором поставлена ГЭС и которое в прошлом было заселено финнами, а после финской войны — и ливвиками. Видимо, Шилов подобрал немного не те значения, не учтя историю места, где расположен Дюгу-Юкакоски.
Главной загадкой остаётся причина, по которой Кеихяскоски-Кеняйкоски был/стал «Водопадным». В указанной выше статье есть ответ и на этот вопрос3: автор возводит название порога Кеняйкоски к саам. кольск. kewnges, kewnes, норв. goewnges, швед. geavngis в значении «водопад» (фин. диал. köngäs, карел. könkäš, köünäš «водопад», фин. диал. könkämä «короткий крутой порог»).
Примеры в Карелии: пор. Ливонкеонаш (р. Ливо),
Кёуняс (р. Судно), Кеняйкоски/Köüniinkoski (р. Шуя Онежская).
Таким образом, Шилов сконцентрировался на саамском топонимическом пласте и сделал, мне кажется, не совсем точные выводы в отношении Дюгу-Юкакоски и ошибочные — в отношении Кеняйкоски-Кеихяскоски-Köüniinkoski.
- Е.А. Хелимский. Северо-западная группа финно-угорских языков и её субстратное наследие // Вопросы ономастики. Вып №3. 2006. Стр 41 ↩︎
- А.Л. Шилов. Номенклатурные термины в названиях порогов Карелии //
Вопросы ономастики. Вып №1. 2004. ↩︎ - Там же, стр. 94 ↩︎
Шуя
Шуя (южно-кар. «Глубокая») — одна из крупнейших рек Карелии.
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
Но это лишь один из вариантов и не самый распространённый. Есть ещё как минимум два: «болото/болотная» и «длинный узкий залив при устье реки».
Каллиокоски — Сизовский
Следующее препятствие — порог П13 Сизовский (саам. «Угрюмый»)
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
Откуда появилось название «Сизовский» — огромная для меня загадка. На финской карте порог имеет понятное название «Каллиокоски» («kallio» — «скала»). Насколько это вообще в порядке вещей было давать такие названия порогам, которые отражали их эмоциональное состояние или — если брать шире — олицетворения порогов? Не могу припомнить таких примеров. Если только северный порог Сомнительный, но это немного другое. Вот Шепчущая шивера — уже ближе. Но может ли угрюмость характеризовать порог?
Баласенкоски — Малый Валойне
После широкого плеса с островками река резко сужается. В сужении расположен П16 Малый Валойне («Поток»)
Л.А. Шилов. «На байдарках по Карелии», 2005
Почему? Откуда? На финских картах он обозначен как «Баласенкоски». Balasen похоже на генетив. Вероятно, образовано от имени. Могу ещё предположить связь с финским «valas» — «кит». Покатые скалы в разливе за порогом кому-то могли напомнить спину кита. Только я не уверен, что о таком животном тут знали.
В общем, я склоняюсь к имени/фамилии (русские фамилии на карте есть везде выше по течению до самого истока из Суоярви) и сомневаюсь в предложенном Шиловым варианте.
Кумиу
С другой стороны, нет варианта для «Кумиу», хотя это достаточно типичная часть топонима.
В заключение
Если в целом, то книга — в тех частях, с которыми я ознакомился — производит впечатление издания, при подготовке к которому неплохо ознакомились с «литературными» источниками, но не побрезговали и домыслами с непроверенной информацией. Возможно, подвела уверенность в «литературных» источниках и туристических отчётах.
И ещё один момент: мне кажется, автору не стоило так безапелляционно давать этимологию тех топонимов, которые он не видел. Тех мест, где не был. Во-первых, так он повторяет ошибку составителей «Водных маршрутов СССР». Во-вторых, когда видишь пороги Юкакоски, Кеихяскоски, Каллиокоски и многие другие, то понимаешь, насколько точно эти названия даны и за что.
В целом, хотелось бы процитировать слова автора в отношении другой его работы, поскольку они справедливы, мне кажется, и в отношении книги «На байдарках по Карелии»:
Однако эта работа грешит поспешностью сопоставлений и выводов (иногда недостаточно обоснованных, порой же просто ошибочных). В некоторых случаях автор слишком доверяет словарным данным.
А.Л. Шилов. Номенклатурные термины в названиях порогов Карелии //
Вопросы ономастики. Вып №1. 2004. Стр. 86
Относительно прохождения порогов всё-таки недостаточно, на мой взгляд, описаны подготовка к маршруту и изменение характера препятствий в зависимости от уровня воды.